ЗАКРЫТО НАВСЕГДА

Мы ехали после выставки гравюр и рисунков Шагала и Дали большой шумной девчачьей машиной, припарковались за Дворцом Республики и долго спорили, куда пойти выпить, пока Женька не сказала: «А что мы спорим, если все равно пойдем в Стравiнскi». Мы посмеялись и пошли в «Стравiнскi». Мы приходили туда всегда: праздновать дни рождения, встречаться после долгих разлук, грустить по вечерам в одиночестве, сильно напиваться компанией, идти куда-нибудь танцевать, а потом возвращаться туда в пять утра пить кофе.

Я помню, как «Стравiнскi» открывался, как появился в Минске этот первый коктейльный бар, который был забит доверху, как живой папоротник сменился искусственным, как там впервые появился «Брамбл», неизвестный еще никому, но уже «популярный в Лондоне», как говорили тогда бармены. Помню, как собиралась там барная тусовка после закрытия других заведений, потому что «Стравик» работал позже всех. Помню старую посуду и те времена, когда там был любой алкоголь.

12336184_934927996588818_1341908407_n 12358214_934928003255484_108583982_n

Но нет – это не пост ностальгии по ушедшим временам. Нет. Мы как ходили в «Стравiнскi» во времена своего студенчества, свободы и незамужества, так и ходим сюда и сейчас. Не по инерции, не потому что здесь привычно, а потому что здесь – дом. Наш питейный дом. Пожалуй, это единственное место в Минске, где независимо от того, как часто там меняются бармены, они все равно тебя знают. И узнают тебя, когда работают уже в других местах.

«Стравiнскi» познакомил нас с такими прочно вошедшими в нашу жизнь вещами, как «Беладонна дайкири», «Польский мартини» (в котором, как говорил Влад Чаус, нет ни капли мартини), «Брамбл» и «Негрони» (поцеловать девушку, которая его пила, – высшее удовольствие. Кто же это сказал?). Тот, кто это любил поговаривать – Влад Чаус – стоял у истоков бара, работал на его открытии и напоил меня ромом до таких вертолетов, что вспоминать страшно. С тех пор мы с ним – большие друзья, хотя нет – мы с ним друзья еще со «Старого Менска», но это совсем другая и как раз печальная история. С ним в команде в те времена работал Женя Амосенок. Эта команда в разных составах подарила нам Sweet&Sour, «Бессонницу» и «Мараскино». Я не говорю о владельцах и управленцах, я говорю о тех, кто всегда говорил «я знаю, что тебе налить — отдыхай».

12358228_934927953255489_678868940_n 10931304_762529717161981_2530510919649111349_n

Я, конечно, не знаю и не помню всех, кто когда-либо работал в «Стравiнском», но мы же всегда про любимчиков, правда? Позже в бар пришел Дэнис, тот, который занял третье место в конкурсе Olmeca Tahona Society. Эстафету сейчас принял чудесный бармен Кирилл, который начинает делать мне «Беладонну», как только я переступаю порог.

Сейчас в «Стравiнском» не так сказочно, как раньше, но и мы больше не дети. И очень приятно то, что бар повзрослел вместе с нами. Он пережил кризис, начал делать свои настойки и ликеры (кстати, они стоят в баре в прекрасных штофах), стал открываться только по вечерам, в конце концов – его не снесли. Поговаривают, что затевается ремонт, но я искренне надеюсь, что он будет сугубо косметическим и не тронет все то, что так нам дорого. Вам не кажется, что пора уже гордиться тем, что умудряется сохраниться в первозданном виде многие годы?

12278247_934927926588825_437506555_n x_fcf7f744

Все, что о барах и людях, — очень субъективно. И, возможно, мою точку зрения не разделят те, кого я в «Стравiнском» больше не вижу. Но это как раз тот случай, когда люди ушли, а место осталось.

Предлагаю зайти туда и устроить себе вечер дайкири. Узнаете много нового, а «Стравiку» будет приятно.

Минск, проспект Независимости 25Б, за вернисажем – и пусть не испугает вас стройка

Кухня более чем достойна внимания: все разнообразие европейской плюс суши. В топах – стейк и пасты.

17.00 – 02.00, пт-суб 17.00 – 06.00, вс 17.00 – 00.00

$$

©photos from Stravinski facebook page and Yanina Trapachka